Новость

Владимир Чердак: «Я хотел играть за сборную Украины с самого детства»

10 ноября 2017 г. 19:54
Владимир Чердак: «Я хотел играть за сборную Украины с самого детства»
Array
(
    [CACHE_TIME] => 180
    [CACHE_TYPE] => N
    [DETAIL_URL] => /news/#CODE#_#ID#/
    [IBLOCK_ID] => 1
    [IBLOCK_TYPE] => matherials
    [ELEMENT_ID] => 7780
    [TAGS] => Array
        (
        )

    [~CACHE_TIME] => 180
    [~CACHE_TYPE] => N
    [~DETAIL_URL] => /news/#CODE#_#ID#/
    [~IBLOCK_ID] => 1
    [~IBLOCK_TYPE] => matherials
    [~ELEMENT_ID] => 7780
    [~TAGS] => Array
        (
        )

)

Вторая часть интервью капитана харьковского МХК «Динамо»

Нападающий МХК «Динамо» Владимир Чердак – заметная фигура в нынешнем чемпионате УХЛ. Будучи капитаном команды, Чердак выдал рекордную для Украинской хоккейной лиги серию, набрав очки в 17 матчах регулярного чемпионата подряд. Сегодня мы представляем вашему вниманию вторую часть объёмного интервью, которое Владимир дал клубной пресс-службе (часть 1). В ней форвард рассказал о выступлениях в Молодёжной хоккейной лиге в составе питерских «Серебряных Львов», возвращении в Украину в «Молодую Гвардию» и последующий отъезд в Беларусь.

– А как ты оказался в «Молодой Гвардии»?

– 
Это очень интересная история! После двух лет в СДЮСШОР Санкт-Петербурга меня позвали в «СКА-1946», которая играла в МХЛ. На сборах я закрепился во втором звене. У меня появился агент, пусть и неофициальный. Но была проблема – я уже был заигран за украинскую юниорскую сборную, в составе которой выступал на двух чемпионатах мира. Dсе легионерские вакансии в клубе были заполнены, и подписать меня они не могли. И мне предложили другой вариант: подписать двусторонний контракт с ХК «ВМФ» из ВХЛ. У ХК ВМФ фарм-клубом в МХЛ была команда «Серебряные Львы», где еще было две вакансии для иностранцев.
Я так и сделал. Поехал на сборы с ХК ВМФ, но тренеры команды сразу дали мне понять, что играть я там не буду. Они прямо говорили, что особого смысла сидеть в пятом звене в ВХЛ нет, лучше быть лидером в команде МХЛ. Они видели во мне какие-то задатки.

Меня по контракту командировали в «Серебряные Львы». Первые две недели ушли на адаптацию, плюс, мне не сразу сделали разрешение на работу. Прошло некоторое время, прежде чем я смог сыграть. Наш тренер Александр Прокопьев, хороший мужик с большим опытом игр за сборную России, относился ко мне хорошо. Я сыграл 18 матчей, забросил одну шайбу, отдал одну передачу. Но играл я при этом много.

После этого пошло какое-то давление со стороны руководства, которое требовало от меня высоких результатов. Хотя у нас в команде были ребята 1991 года рождения. Я первый сезон играл в МХЛ, мне нужно было еще перейти от детского хоккея к взрослому. Игр 10 мне понадобилось на адаптацию, только после этого я забросил первую шайбу. Также в Питере я много болел. Регулярно заболевал бронхитом. Как только дунет с залива – сразу что-то подхватывал. Климат мне совершенно не подходил.
И вот во время очередной игры – на сей раз против «СКА-1946» – я при счете 4:3 в пользу нашей команды ударил игрока соперников в спину. Момент был спорный, мне дали двойной малый штраф. До конца встречи оставалось как раз четыре минуты, во время моего удаления «СКА-1946» забросило шайбу. После игры я пришел в раздевалку очень расстроенным. Тренер меня поддержал, но руководство посчитало, что я сдал игру сопернику из-за того, что у меня с ними хорошие отношения. Я объяснял, что это не так, но меня никто не слушал. Меня вернули в ХК ВМФ и объявили, что тренироваться и играть во «львах» я больше не буду.

В «Серебряных Львах» была проблема с коллективом в том плане, что там за сезон проходило по 70 человек. Все хотели играть, все боялись за своё место, у старших ребят и вовсе были семьи. После я заболел, и на два месяца должен был отказаться от нагрузок из-за пневмонии.

Дальше появилась новость, что в Питере открывается команда «Динамо», где я воспитывался. В феврале проводились серии контрольных матчей. Я, к слову, был капитаном команды в тех матчах. Сначала тренерами там были местные специалисты, но потом их сменили тренеры из Москвы, которые привезли с собой группу исполнителей. Мне объяснили, что не видят меня лидером команды, предложили просмотровый контракт.

Но на тот момент мне уже позвонили Александр Годынюк и предложил перейти в «Молодую Гвардию». Передо мной стал вопрос: можно было вернуться ближе к дому, я устал от северного климата, болезней и околохоккейных интриг. Кроме того я получил замечательные рекомендации от Максима Мартышко и Виктора Захарова, которые очень позитивно характеризовали «Донбасс». Поэтому я перезвонил Александру Годынюку и сообщил, что принял его предложение.

– Помнишь ли ты свой первый вызов в юниорскую сборную? Какие испытывал эмоции?

– Я помню этот момент. Я сидел на уроке и тут раздался телефонный звонок с украинского номера. Я вышел из класса, ответил. Звонил Александр Олегович Годынюк. Я, разумеется, знал что он главный тренер юниорской сборной. Александр Олегович сказал, что хочет видеть меня в сборной. На тот момент многие молодые и перспективные ребята отказывались играть за сборную Украины, принимали российское гражданство.

Я хотел играть за сборную Украины с самого детства. Играть за сборную своей страны – было одной из моих жизненных целей. Я с удовольствием принял приглашение, кроме того, это был шанс поехать домой. В те времена проводилось четыре сбора в году, поэтому возможность пару лишних дней побыть дома воспринимал положительно.

Также мне всегда нравилась атмосфера в наших сборных – юниорской, молодёжной, национальной. Я попал на чемпионат мира, которые проходил на арене «Дружба». Эта арена стала для меня вторым домом.

Но эмоции от чемпионата были омрачены травмой, которую я получил на сборах – перелом плюсневой кости. Играть было нельзя, но я не сказал тренерам, что у меня травма. Мне постоянно делали уколы перед матчами, я не мог ходить на носках. Я принял решение играть и не жалею об этом. Тогда мы повысились в классе, подняли планку результатов. Приятно, что ребята до сих пор соревнуются в этом дивизионе. К слову, хочу пожелать удачи и нынешнему поколению сборной. Хочется, чтобы ребята держали поднятую нами планку. Харьковские ребята всегда были на хорошем счету в сборных. Надеюсь, в этом году в национальной сборной их будет как можно больше.

– Как развивалась твоя карьера после «Молодой Гвардии»?

– 
После «Молодой Гвардии» было тяжело куда-то устроиться. Мы до последнего момента ждали новостей о будущем команды. Изначально нам сказали, что чемпионат Украины будет проводиться среди десяти команд. Но ситуация в стране не позволила провести такой чемпионат.

Всем известно, что украинскому хоккеисту нужно быть на три головы выше уровнем, чтобы его взяли в зарубежный клуб. Поэтому было тяжело. Юрий Петранговский первым поехал в «Юность-Минск». Потом к нему присоединились я и Михаил Шевчук.

Поначалу все складывалось здорово. В команде был один из лучших тренеров, с которым я когда-либо работал, – Александр Руммо. Но этого наставника уволили из команды. Он вёл себя не как типичный белорус, позволял себе говорить лишнего. Он свободолюбивый человек.

Другой тренер сразу начал относиться к нам с пренебрежением. Он нагнетал ситуацию разговорами о войне, о том, зачем мы приехали. С ребятами подобных проблем не было. А вот главный тренер постоянно спрашивал, зачем мы отбираем работу у местных ребят, и почему не воюем на Донбассе.

Юра Петранговский иногда заедался с ним, что в последствие Юре аукнулось. Я первым покинул команду, мне было неприятно такое свинское отношение к себе. Это ведь сказывалось и на нашей игре. Через неделю уехал и Миша Шевчук, а вот Юру Петранговского тренер перевел в фарм-клуб, где он не имел права играть, а уволил за день до закрытия трансферного окна. Потому Юра так никуда и перешёл.

С Александром Руммо, кстати, я еще долго поддерживал связь, делились своими мнениями об этой ситуации.

В третьей части интервью, которая будет опубликована завтра, Владимир Чердак расскажет о возвращении в Украину и выступлениях в составе «Кременчука» и «Донбасса», а также откроет секрет профессии, которую мог бы выбрать, если бы не стал хоккеистом.